Небогатая усадьба Карандеевых

« Сельские зори »
41
от
Среда, 7 октября, 2015 (Весь день)
1808
http://www.top68.ru/sites/default/files/styles/768x474/public/article-images/2015/10/07/top68.ru-nebogataya-usadba-karandeevykh-62926.jpg?itok=SwsHH7HK

Немало известных деятелей политики, науки, искусства и просто замечательных личностей подарила стране и миру Тамбовская земля. Но, к сожалению, не все славные имена прошлого нашего края пока известны, и многие герои ещё ждут своей заслуженной награды - народной памяти. Я расскажу о прародине Александра Герасимова в нашем районе.

Из крепостных господ Карандеевых
Человека, о котором пойдёт речь, мы знаем с детства. В школьные годы писали сочинение по его картине "После дождя" ("Мокрая терраса"). Многие из нас бывали в его музее-усадьбе в городе Мичуринске. Я говорю о русском и советском живописце, архитекторе и теоретике искусства, педагоге, народном художнике СССР, первом президенте Академии художеств СССР (1947-1957 годы) Александре Михайловиче Герасимове (1881 - 1963 годы). 
В официальной биографии художника сообщается, что он родился 19-го (31-го июля) 1881-го года в городе Козлове (ныне Мичуринск) в купеческой семье. Его родители до переезда в Козлов были крепостными господ Карандеевых из сельца Михайловское (Албучёвка тож) Козловского уезда (ныне - деревня Михайловка Покрово-Чичеринского сельсовета). Следовательно, петровцы вправе считать Александра Михайловича своим земляком.
В мемуарах "Жизнь художника" Герасимов вспоминал о своей малой родине. "Верстах в сорока к югу от нашего города, - писал он, - находилось большое имение Чичериных, а рядом небогатая усадьба Карандеевых. У последних были в крепостных мой дед Софрон и отец. Дед служил кучером у барина, то есть был дворовым человеком, и потому, выйдя на волю, не получил никакого надела земли. Отцу моему исполнилось в то время 11 лет. Отец мой, Михаил Софронович, и мать, Евдокия Яковлевна, оба родились крепостными".
 
 
Владельцы сельца Михайловского
 
Стоит отметить, что сельцо Михайловское появилось на карте Козловского уезда на левом берегу речушки Избердейки в конце 70-х годов XVIII века В 1782-м году козловский уездный землемер Грачёв составил "Геометрический специальный план сельца Михайловского Албучёвка тож майорши Катерины Андреевой дочери Карцовой". Прежде Карцова владела деревнями Емановка, Старой и Новой Малаховками Епифанского уезда Тульской губернии совместно с судьёй Богородицкого уездного суда секунд-майором Алексеем Андреяновичем Албучевым и его сыном Николаем. Второе название Михайловского - Албучёвка косвенно свидетельствует о покупке Карцовой крестьян у Албучевых и последующем их переводе в Козловский уезд.
Согласно описанию землемера, сельцо располагалось в весьма живописном месте - "на левой стороне речки Избердейки и при её заливе, на коей пруд и мучная мельница о двух поставах и толчеями и по обе стороны оврага безымянного, на коем два пруда". В центре усадьбы находился деревянный господский дом. В 1782-м году в Михайловском насчитывалось 32 двора, где проживало 178 мужчин и 121 женщина.
В 1831-м году сельцо Михайловское приобрел сосед Карцовой по имению Василий Иванович Карандеев. С тех пор оно именовалось в народе Карандеевкой.
Вопреки распространённому мнению о тюркском происхождении Карандеевых, тамбовские представители этой династии ведут свою родословную от нижегородского сына боярского Серейки (Сергея) Степанова сына Карандеева, который в XVII веке за службу был повёрстан в Каменском стане Переславль-Рязанского (так именовался город Рязань) уезда 200-ми четями земли (около300-т га) и семью рублями. Отец Василия Ивановича - Иван Семёнович Карандеев владел поместьем в селе Никольское на реке Сурёне, а его брат - отставной прапорщик лейб-гвардии Преображенского полка Федор Семёнович Карандеев жил в селе Устье Козловской округи. Оба брата владели землями при селе Малый Избердей. От Василия Ивановича имение в Михайловском перешло в 1840-х годах к его сыну Михаилу. В 1862-м году сельцо насчитывало 32 двора и 49 жителей 
Итак, после отмены крепостного права Герасимовы не получили земельного надела и подались в Козлов. "Был мой отец когда-то ключником в бане, - вспоминал Александр Михайлович, - потом стал приказчиком, или, как тогда говорили, "ходил в молодцах", а в 30 лет завёл собственную торговлю лошадьми и быками, но состояния не нажил…".
 
"Лихой огородник"
Из всех отцовских дел больше всего будущему художнику нравилось заниматься арендой барских садов. "С середины мая и до начала октября, - вспоминал он, - живешь в шалаше, прямо в саду. Сколько дивных картин промелькнуло "ночью тихой, ночью ясной, в благоуханный день прекрасный", сколько какого-то необъяснимого прекрасного чувства испытал я в продолжение лета".
Но особенно нравилось юному Александру проводить лето в Михайловском, где Михаил Софронович арендовал у Карандеевых сад. Летом в имении гостили господские дети. По вечерам молодёжь гуляла, иногда приглашали и Александра. "Никогда в жизни не забуду, как однажды кто-то из господских запел на мотив вальса "Невозвратное время":
"Вновь настала весна,
Распустились цветы,
Тёмная ночь, не до сна,
Грёзы спать не дают".
Нет у меня слов высказать, что я тогда перечувствовал. Когда я пришел к себе в шалаш и упал на соломенную постель, передо мной мелькали какие-то неясные образы, но до того сильные, что я долго не мог заснуть. Меня потянуло в другой мир". 
Этим "другим миром", доселе не изведанным Александром, был мир нежных чувств. По преданию, юный Герасимов был влюблён в одну из четырёх дочерей Михаила Васильевича Карандеева. Девушку звали Надеждой. Она страстно любила лошадей и лихо ездила верхом, за что прослыла в округе амазонкой.
Как-то раз девушка попросила Герасимова написать стихи в своём альбоме. В знак особых чувств к ней юноша вместе со стихами нарисовал барский дом - дом Карандеевых. Знакомясь с его творчеством, девушка заметила: "Рисунок хорош, а стихи - дрянь". "Вот что, огородник лихой, - продолжала гордая барышня. - Мало купаться в ледяной проруби в крещенские морозы, мало быть первым в кулачных боях или мчаться на тройке. У вас не хватает знаний. Вам надо учиться". Эта беседа настолько поразила Герасимова, что он решил для себя во что бы то ни стало заняться самообразованием и доказать любимой девушке, что грамотность и культура не только привилегия её дворянского сословия. Он читал запоем сочинения Гоголя, Тургенева, Толстого, Некрасова, Кольцова. "Особенно я налегал, - вспоминал Александр Михайлович, - на французский язык в пику образованному обществу".
 
Разные судьбы
В 1900-х годах Александр стал серьёзно заниматься живописью. Втайне от отца, который считал рисование баловством, посещал в Козлове художественную школу академика живописи Сергея Ивановича Криволуцкого. По совету Криволуцкого в 1903-м году он поступил в Московское училище живописи, ваяния и зодчества. В 1915-м году Александр Михайлович его окончил сразу по двум отделениям, став одновременно художником и архитектором.
 Так для Герасимова начиналась другая жизнь - "жизнь художника".
Между тем, первая любовь Герасимова Надежда Карандеева на рубеже XIX - XX веков оставалась вместе с сёстрами владелицей отцовского имения. В Сборнике частного землевладения Козловского уезда 1898-го года за ними состоял хутор Михайловский с усадьбой и садом в 19 десятин, пахотной землёй на 525-ти десятинах и залежным сенокосом на 13-ти десятинах. Причем, Снежкова и Карандеева передали свои части земли во владение Ярцевой, а часть надела Тарховой сдавалась погодно в аренду местным крестьянам. В 1911-м году Михайловка насчитывала 25 дворов и 136 жителей, а в 1926-м году в деревне проживало 75 жителей. По данным Покрово-Чичеринского сельсовета на 2010-й год в деревне Михайловке оставалось 48 человек, в деревне Снежково - 7 человек.
Пронеслось "невозвратное время", унеся навсегда в прошлое события и лица. Исчезли многие деревни и некоторые сёла с карты Петровского района. Но хочется верить, что мы сохраним память о них для потомков.
 
Автор: 
Елена Глазатова
Читайте также:
Наверх