Типография Мичуринск-Тамбов

Сегодня

Воскресенье, 30 апреля 2017
vkontakte twitter facebook

Не женское это дело - война

Номер газеты: 
18
Дата публикации: 
03.05.2012
Идут годы. И с каждым годом становится все меньше и меньше очевидцев той страшной войны.

   Идут годы. И с каждым годом становится все меньше и меньше очевидцев той страшной войны. Уходят от нас ветераны, труженики тыла, дети войны. Все они внесли свою лепту в общую победу над фашистской Германией: на полях сражений и в тылу, восстановили страну после разрухи, подарили нам жизнь. Нам во имя будущего нельзя забывать об этом. Мы должны окружить их заботой, обеспечить достойную старость, где бы они ни проживали - в кругу семьи или домах престарелых.

   Сегодня в Сосновском доме-интернате находится 18 тружеников тыла, 5 вдов и 2 участницы Великой Отечественной войны: Мария Денисовна Усачева и Прасковья Матвеевна Копылова. В преддверии праздника Дня Победы удалось побывать у них в гостях, посмотреть, как живут, и побеседовать с ними. А о судьбе и фронтовом пути одной из них Прасковьи Копыловой, в девичестве Околеловой, хочется рассказать.
   Родилась Прасковья в 1921 году в Правых Ламках. Потом Околеловы переехали в Покровку , что под Ольхами, затем в Каменный Брод, а незадолго до войны - в Троицкие Росляи. Глава семьи работал на руководящих должностях, часто его переводили на новое место, и жена и семеро детей отправлялись вместе с ним. После школы Паша работала почтальоном. Началась война. И 18 апреля 42-го в числе первой группы добровольцев из Сосновки, в которой было 33 девушки, ушла на фронт. Сначала девушек в течение месяца обучали военным премудростям: стрелять, работать с рацией. После учебы их разбили в группы по шесть-семь человек и разбросали по постам в Рязанской области. Служить пришлось на Белорусском фронте в батальоне воздушного оповещения и связи. И хотя девушки непосредственно в боевых действиях участия не принимали, их место службы находилось в каких-то 3-4 км от линии фронта. И задачи они выполняли не менее важные. Ночью из котлованов и окопов, днем с крыш домов, в любую погоду, под артобстрелами и сыплющимися с неба бомбами они дежурили, наблюдали за передвижением немецких самолетов, сообщали сведения зенитным, летным частям. И главное помогали пресечь полеты врага в сторону Москвы.
   Витебск, Орша, Смоленск…Каждый из пройденных населенных пунктов оставил в сердце Паши неизгладимый след. Так запомнилось зарево боев под Витебском, где, казалось, горели и земля, и небо. В течение нескольких суток даже ночью было светло. А в Смоленске после освобождения ей стало плохо при виде искалеченных тел, оторванных, как от манекенов, рук и ног. Хотя мертвых она не боялась. Когда наши зенитки сбили самолет противника, она с подругами похоронила погибших немецких летчиков. Ненависти никакой не было. Перед смертью все равны. Там же в Смоленске она чуть не погибла. Девушкам выделили для ночевки соборные домики рядом с храмом. Был октябрь, уже сильно похолодало. Они хотели затопить печку, но потом раздумали. И это спасло им жизнь. На следующий день саперы нашли в домах пять мин.
   Некоторое время Паша была поваром. Даже значок получила за хорошую службу «Отличный повар». «Основной солдатской пищей были щи с мясом и ячневая каша, - рассказывает Прасковья Матвеевна. - Мяса было достаточно, а вот картошки почти не было, какой-то сухой концентрат». Но вскоре рядом с горячей плитой долго находиться не могла - из носа шла кровь. И ее перевели в радистки.
   Воинская часть, в которой служила Прасковья, осталась стоять в Смоленске. Здесь она и встретила День Победы. Она вспоминает: «Радовались, веселились всю ночь, бегали по улицам, поздравляли друг друга. Хотя было немного грустно. Что не дожил до этого дня отец. Погиб, сражаясь в Калининской области. А брат пал под Ленинградом. Вспоминала и погибших подруг. Молодые девчонки. Им бы жить да жить».
   25 августа 45-го Паша демобилизовалась и вернулась домой в Ольхи. Вся жизнь прошла в труде. « Работала с утра до ночи. Молодая была - все успевала. До обеда в правлении колхоза разнесу трудодни, потом на ток бегу веять, а в ночь снопы с поля убирать», - рассказывает Прасковья Матвеевна. Кем только ей не приходилось быть: и свинаркой, и телятницей, и звеньевой по махорке отработала 12 лет. И жизнь ее не баловала. Замуж вышла, с мужем не сложилось - развелась. Сына одна вырастила. Он у нее военный летчик, сегодня проживает в Москве. Всегда держала большое хозяйство. Уже в преклонном возрасте лука много сажала и, затаскивая его на чердак, упала. К врачам обращаться не стала. А продолжала трудиться, картофель сама выкопала. А потом уже через два года начались проблемы с позвоночником. Так она оказалась в комплексном центре по уходу за стариками в Ольхах, а при его расформировании попала в Сосновку.
   Сейчас Прасковья Матвеевна не ходит, передвигается на инвалидной коляске. В свои 90 лет бывшая фронтовичка выглядит бодро, память у нее хорошая, взгляд добрый, мягкий, голос душевный, как ручеек, звонкий и нежный.

Рубрики: 

Добавить комментарий

Главное

Лента новостей

Наверх