Сегодня

Воскресенье, 19 августа 2018
vkontakte twitter facebook ok

А если страна вновь позовет ?

Номер газеты: 
17
Дата публикации: 
04.05.2011

Четверть столетия борьбы с последствиями взрыва реактора на Чернобыльской АЭС, тысячи смертей, заражённые радиацией территории – все это человечество так ничему и не научило. И мы получили Фукусиму.

Что бы ни говорили официальные представители АЭС и правительства в Японии, мы-то в России знаем, что радиация беспощадна и распространяется от эпицентра по всем направлениям. Так было в Чернобыле, так стало и в Японии. Энштейн говорил, что в мире существует две бесконечные вещи: вселенная и человеческая глупость. Насчёт второго согласятся многие, иначе как объяснить, что раньше человек покорял стихию, боролся с её последствиями, а сегодня борется с последствиями собственных поступков, зачастую просто не понимая: мы не хозяева, мы гости в этом мире.
Силу радиации нельзя увидеть человеческим глазом, но можно ощутить на себе и природе её последствия. Даже до некоторых районов Тамбовской области дошли малые дозы радиации с Украины. Именно в те годы появился и новый герой, новое слово, знакомое каждому – ликвидатор.
Сергей Мяктинов сегодня проживает в Петровском районе Тамбовской области. В 1987 году ему было 25 лет, и его отправили на ликвидацию последствий аварии. Он пробыл в Чернобыле 87 суток - с середины мая по 10 августа. Там же отметил свой двадцать шестой день рождения. Домой отправили, когда суммарная доза дошла до десяти рентген.
Из воспоминаний человеческой жизни многое стирается временем, но не такое. Чернобыль невозможно забыть.
– Мне ещё очень повезло, что попал на ликвидацию летом. Жили за пределами 30-километровой зоны в палатках по 40 человек. Подъём в 5 часов. Сначала поливали дорогу – чтобы радиоактивная пыль не летала. Потом промывали помещения на третьем энергоблоке. До нас проходили разведчики, замеряли уровень радиации. Потом в "грязном" помещении работали мы, резервисты. Где-то можно было задержаться на час, где-то на 20 минут. В некоторых помещениях вообще нельзя было находиться, даже на стенах писали, что необходимо "передвигаться бегом". А после нас уже приходили гражданские специалисты, работали с оборудованием. Из зоны – сразу в душ, обязательно нужно сменить всю одежду. За нашим здоровьем внимательно наблюдали, чтобы разовые дозы не превышали допустимого уровня. Но пару раз всё-таки хватанули радиации: рвало так, как никогда в жизни. Командир сразу к докторам отправил, кровь сдавать… За мужество, проявленное при ликвидации последствий аварии на ЧАЭС, Сергей Мяктинов награждён медалью ордена "За заслуги перед Отечеством" II степени.
Когда в 1986 году молодых ребят отправляли в Чернобыль, некоторые из них знали, куда едут, некоторые – нет. Когда сказали, что на атомную станцию, кто-то запаниковал, кто-то молча согласился, зная, что стране нужна помощь. Сергей Мяктинов говорит, что были среди ликвидаторов и добровольцы, которые пошли работать в самую грязь.
"И что же может быть страшнее болезней и смерти спустя двадцать пять лет после того, как люди жертвовали собой?" – спросите вы.
Человеческое равнодушие! И не первый раз уже сталкиваешься с тем, что современная молодёжь никак не реагирует на события прошлого и настоящего. Не вся, конечно, но многие. "А вдруг война" – за границу уеду, а "вдруг Чернобыль" – а почему я должен ошибки власти разгребать?” Каждый имеет право на собственное мнение и позицию, судить будет Бог и история, а мы лишь приведём некоторые мнения сегодняшнего дня.
Анна, 20 лет.
– Я бы не поехала в Чернобыль. Тогда времена были другие. А я воспитана уже в нынешней России – сейчас в этой стране не учат откликаться на чужую боль.

Владимир, 23 года.
– Первыми ликвидаторами были 70 человек штатного персонала и пожарные. Им некуда было деваться. Потом прибыли "подневольные" военные, курсанты младших курсов химучилищ – старшекурсников берегли. Офицерам запаса из военкоматов повестки присылали. А сейчас никто в такой “котёл” не сунется "ради судеб других".
Екатерина, 19 лет.
– Я не считаю что все в России – бессердечные люди. В первую очередь нас учат родители, которые привили мне нормальные человеческие ценности. Я бы поехала, если бы случилось что-то страшное.
Максим, 22 года.
– Я думаю, что они поехали из-за денег – получали тогда по 1000 рублей в неделю, что при средней месячной зарплате в 120 рублей, считалось весьма немало. Некоторые, отработав неделю, оставались на вторую, и патриотизм здесь был не при чем.

Мало, кто честно может ответить на вопрос, где границы подвига, а где - личного эгоизма, мало, кто знает, пошли бы они или нет, если бы позвала страна. Но пугает сегодня другое – почему наше поколение стало измерять всё в “зелёных бумажках”, во всем искать подковырку, не уважать тех, кто когда-то сделал очень многое? Даже больше, чем многие сегодня вместе взятые сделали?!
 

Автор: 
Наталья БОЛДЫРЕВА
Рубрика: 

Оставляя комментарий, Вы соглашаетесь с политикой конфиденциальности на сайте.

Добавить комментарий

Наверх