Сегодня

Суббота, 20 октября 2018
vkontakte twitter facebook ok

Счастливый день Валерия Гаркалина

Номер газеты: 
7
Дата публикации: 
17.02.2016
Счастливый день Валерия Гаркалина
 
   С раннего детства он мечтал стать артистом и только им. Валеру не надо было уговаривать стать на мостик, устроить кукольный театр или спеть. Его дядя иногда брал племянника с собой в правление колхоза, чтобы потешить сослуживцев. «Спой-ка, Валера, «Любовь-кольцо», - просил Сергей Ни­колае­вич, и маленький артист в окружении улыбающихся и иронично похихикивающих колхозников с радостью и на полном серьёзе затягивал: «Загадал мне попугай счастье по билетику…». 
   Валера ездил в Малое Гагарино до 1975 года, пропустив лишь 1973 год, когда он служил в армии. Здесь, в деревне, он делал свои первые шаги во взрослую жизнь: танцы, прогулки до рассвета, первые сердечные переживания, первые поцелуи. А дальше - учёба в Гнесинке, ГИТИС, семья, театр, бесконечные гастроли и бесконечная занятость…
   26 июня 2011 года. Свершилось! Спустя 35 лет народный артист России Валерий Гаркалин с сестрой Мариной вновь оказались на родине в Малом Гагарино. Здесь, в забытой богом деревне, молодого Валеру Гаркалина помнят до сих пор. Да и как такого забудешь - артист! Един­ственный и неповторимый.
   Валерий и его сестра Марина давно мечтали съездить в деревню, но всё не складывалось: в плотном графике актёра (он ко всему прочему является профессором ГИТИС и ведёт преподавательскую работу) свободного времени почти не бывает. И вот мечта сбылась.
 
День длиною в жизнь… 
   Вот это энергетика! Артист, за жизнь которого недавно боролись врачи, который в 2009 году пережил большое личное горе, приехал к нам прямо с гастролей, без сна и отдыха, в 40-градусную жару. Отдохнуть с дороги? Куда там! Все наши рекомендации по поводу отдыха были им решительно отвергнуты. Надев нехитрую панаму с чужой головы, Ва­лерий безоглядно бросился в жаркие объятия любимой деревни.
   Здесь, в тамбовской глу­бинке, когда-то жили два обожаемых им человека. Две женщины, любовь и заботу которых он никогда не забывал: бабушка Маша и тётя Шура. Обе похоронены на местном кладбище, и именно сюда Валерий с Мариной устремились сразу же по прибытии в Малое Гагарино.
   А дальше… То, что происходило в этот день, походило на сказку. За три с лишним десятилетия деревня изменилась порядочно. Но вот что удивительно: почти все «опознавательные знаки» детства Гаркалиных остались без изменения. Вот полуразрушенная церковь-школа, возле которой в зарослях сирени 11-летний артист обучал нас с братом Павлом английскому языку. Вот легко узнаваемый бабушкин дом, в котором, несмотря на то, что давно сменились хозяева, многое сохранилось. А рядом старенький, немного покосившийся, до боли знакомый и родной дом соседки, бабушки Анюты. Многие до сих пор помнят её собаку по кличке Дозор, свирепый нрав которого был нам, мальчишкам, не по душе. Дозор платил взаимностью, и разорванные в клочья брюки не всегда могли восстановить даже умелые материнские руки…
   И вдруг из этого дома «на курьих ножках», словно по мановению волшебной палочки, хлынули давно уже ставшие взрослыми внучата бабушки Анюты, с которыми Валера когда-то, по его словам, «делил пространство».
А вот «микрорайон» под названием Гусёвка, и чуть ли не единственный сохранившийся здесь дом. В этом доме когда-то проживали Никаноровы. 
 
Старый дом… 
    Тут Валера с Мариной едва не потеряли дар речи. В доме ничего не изменилось и замерло в ожидании дорогих гостей. И фасад дома, и интерьер: мебель, домашняя утварь - всё       оставалось в том самом виде, когда Гаркалины были здесь ещё детьми. Обитатели, конечно, другие, но, как выяснилось, - родня.
   Дом, по меркам деревни, довольно большой. Глава семьи Сергей Ни­колаевич Никаноров когда-то был председателем колхоза и парторганизации. Необычная, прямо скажем, карьера, ведь отец Сергея Николаевича после революции был приходским священником, что в те времена считалось чуть ли не государственным преступлением.
   А вот река наша, Боль­шой Ломовис, изменилась сильно. Не в лучшую сторону, разумеется. За­паршивела, можно сказать. Походы к реке затерялись в непроходимом, выше человеческого роста бурьяне. А тут ещё жара. Но нашего неугомонного гостя было не остановить, и прогулка по воде состоялась.
   А потом в палисаднике родительского дома, в тени старых яблонь, состоялось наше традиционное семейное (на этот раз расширенное) застолье с песнями, где были только самые близкие для Валеры люди. Некоторые со своими взро­слыми или почти взрослыми детьми. 
 
К своим истокам
Всё прошло на одном дыхании. Мы все обращались друг к другу на «ты», вспоминали детские прозвища, и никто не обижался. Валерий был, конечно, в центре внимания и, что называется, «отжигал». От него исходила такая энергия, такое обаяние, что с него не сводили глаз. Он пел, временами острил и отзывался на шутки других своим неподражаемым, не изменившимся с детских лет гаркалинским смехом. Память у Валеры - дай бог каждому: он до мелочей воспроизводил события, которые происходили в деревне чуть ли не полвека назад.
    В самый разгар застолья к нам подошла старенькая бабушка. Мы думали, что из простого любопытства, но, оказалось, тоже родня. Анна Михайловна Нюнькова приходилась Марии Корнеевне, бабушке Валерия, племянницей. Отвага Анны Михайловны, преодолевшей под палящим солнцем полтора километра пути с другого конца Малого Гагарино, чтобы повидаться со своим знаменитым родственником, была достойна восхищения. 
   За большим столом, подняв наполненный водой бокал, Валерий произнёс: «В жизни каждого человека наступает момент, когда ему нужно будет вернуться к своим истокам - к началу. Многие, вращаясь на разных жизненных орбитах, не возвращаются. Мне это удалось…».
 
На село! 
   Вечером неугомонный артист поднял нас на прогулку к сельскому клубу, теперь уже бывшему. Двери его давно заколочены, а сам клуб переселился в здание школы, тоже, к сожалению, бывшей.
   Вот они, старые знакомые и родные: улица, дома, люди. И снова поцелуи, объятия, воспоминания. 
   Одиннадцать часов вечера. Пора на поезд. Расставаться никому не хотелось. Валера благодарил нас за то, что мы подарили ему такой день. О нас и говорить нечего: наш, родной, князевский - мы следим за каждым его шагом, радуемся его популярности и переживаем за него в моменты жизненных испытаний. От театра Образцова до Театра Сатиры, от Пет­руччо до Гамлета, от «Каталы» до «Ширли-Мырли» - многое ему удалось, много ему покорилось. 
   Здесь же ему перевоплощаться не нужно - всё шло от сердца, от чистых истоков человеческой души. На листе бумаги с текстом песни, написанной в честь долгожданного гос­тя, Валерий поставил свой автограф со словами «Спа­сибо, дружище, за такой счастливый день!».
Минут за двадцать до отъезда гостей Саша Че­кушин, троюродный брат Валерия, попросил у меня штыковую лопату и, найдя подходящее место, мягко воткнул её в тёплую деревенскую землю. 
   Спустя несколько недель две горстки родной земли оказались на могиле Бориса Алексеевича Гар­калина.
 
Автор: 
Сергей ФЁДОРОВ
писатель­краевед
Рубрика: 

Оставляя комментарий, Вы соглашаетесь с политикой конфиденциальности на сайте.

Добавить комментарий

Наверх