/images/ad-victory.jpg

Ламели

« Трудовая слава »
3
от
Среда, 20 января, 2016 (Весь день)
390
-НУ НИЧУТЬ не лучше Понзарей… Ни ванны тебе, ни воды. В холодном коридоре течёт из крана еле-еле тоненькой струйкой. Кажется, что ниточка какая-то, хоть бисер нанизывай… А зимой как? Что будет? - Полина одним духом выдала эту тираду и сама испугалась, попытавшись от греха прикрыть рот ладонью.
Вот те на! Когда покупала дом на Сатинке - всё нравилось. И в центре посёлка, и окна на солнышко смотрят. А наличники-то прямо королевские - яркие, синие, с таким тонким узором, что сразу поймёшь: здесь поработала рука мастера. А сад какой! Большой с ветвистыми яблонями, пушистыми вишнями… А огород - выращивай на зиму овощи и ешь - не хочу. Полина понимала, что всё это было вгорячах, когда сработала эйфория быстрой смены жительства.
При другом раскладе она бы из родной деревни и шагу не ступила. Но поступить иначе было никак нельзя. Осталась на своей улице одна, совсем одна-одинёшенька. Все соседи на зиму уехали к детям, заколотив окна изб, а Полине приказали:
- Смотри тут как следует. Весной вернёмся - с тебя спросим. - И говорят на полном серьёзе, только в глазах смешинки бегают и словно светятся.
Не принимай близко к сердцу, всё обойдётся.
Каждый вечер устраивала подворный обход. Брала палку, чтобы легче было идти, и шагала вдоль улицы. Пустота осиротевших окон неприятно действовала на женщину. Её непрошеный попутчик - ветер рвал платок с головы, выбивая пряди волос. Полине становилось робко, в сердце закрадывался леденящий холодок. Он гнал её домой к печке и телевизору. Так она протянула пять лет. И вроде бы ничего. При случае вспоминала Агафью Лыкову - вон где обитает: в лесах, одна среди девственной природы. А тут, можно сказать, цивилизация. Автолавка приезжала раз в неделю с продуктами и товарами первой необходимости.
Жить можно, - говорила она сама себе. В пожилом возрасте не до веселья. День прошёл - и хорошо.
А потом стало подводить здоровье… Больные суставы рук напрочь убивали всякую работоспособность. От былой расторопности ничего не осталось. А в пальцах стояли такая боль и ломота, что убивалось всякое желание выполнять домашнюю работу. А её не мало - кружение на целый день: и за водой сходить, и печку затопить, и еду приготовить. А снег? Иной раз такие сугробы навалит, что выше крыши. Не один день откапывать надо.
Приехал зимой сын и предложил разумный вариант - купить дом в райцентре. Знал, что мать к нему в город не поедет - всю жизнь, с самого раннего детства, в селе, на природе.
 
ДОМ, купленный как-то быстро и недорого, понравился. Деревянный с красивыми наличниками. И соседи неплохие. Наведались, помощь предложили. Полина даже прослезилась, привыкла всё одна да одна. С удовольствием к ним стала захаживать. На работу не собираться, своё отработала в колхозе свекловичницей. Поэтому всегда минутка свободная найдётся. Так постепенно всех соседок обошла и, откровенно говоря, расстроилась. Всё в этой жизни берётся в сравнении. Вот сравнила Полина обустройство своё и соседок и поняла, что в смысле комфорта она им проигрывает по всем статьям. У Анны Свиридовой - отдельная комната (она живёт с семьёй сына), где сама себе хозяйка, и отдохнёт и рукоделием займётся.
А к Валентине Ушаковой пошла и вовсе расстроилась. Ей показали ванную комнату, в которой недавно дочь с зятем сделали ремонт. Красота, чистота, стены выложены кафельной плиткой. Мудрёное такое название – керама-марацци.
Сын Полины жил в Москве, хорошо зарабатывал и, когда мать рассказала ему о жизни своих соседей, он решил сделать ей сюрприз.
В середине августа попросил её приехать к нему в гости, понянчиться с внуками. Полина с радостью согласилась, да и по мальчишкам уже соскучилась.
Полина никогда бы ему не отказала, потому что относился к ней сын по-доброму, душевно и ровно.
У Василия двое детей - оба школьники. Первый Андрей - восьмиклассник, а младший Сергей в третий класс пошёл. Дел у Полины было, как всегда, полно: завтрак, обед, ужин - всё на её плечах. Пусть сноха хоть немного отдохнёт, целыми днями на работе пропадает. Да ещё домой бухгалтерские дела прихватывает: то отчёт, то проверка. Полина любила общаться с внуками - умные ребята, развитые и к бабушке относятся с пониманием: всё объяснят в лучшем виде. Она любила гулять с ними в парке. Воздух чистый, свежий и мысли в голове приятные.
А Василий каждую неделю в командировки ездил. Полина жалела его, уговаривала:
- Ты бы другую работу нашёл, а то закатаешься туда-сюда…
Василий отмахнулся!
- Вот пройдёт волна командировок, на месте сидеть буду. Ох и отосплюсь…
За домом присматривали соседки, Полина им иногда звонила - вроде ничего, всё в порядке.
Так она прожила в столице почти два месяца. А к Покрову засобиралась домой. Рассказывала внукам:
- Видите, осень‑то какая в этом году – теплынь, как весной. Ой, кабы морозы не настигли. Оно так у матушки- природы: то греет, а то холодом окатит, как из ушата водой.
- Ну, хорошо, мама, скоро отвезу тебя. Подожди чуть-чуть. - И показалось Полине, что смотрит он как‑то хитровато.
 
Через неделю Полина была дома. Сад встретил её великолепным буйством красок. Роскошно цвели белые, жёлтые, бордовые хризантемы. Полина наклонилась над одним из кустов, и тонкий запах с горчинкой хотелось вдыхать ещё и ещё!
Женщина метнулась к зелёному малиннику, начала перебирать фигурные листочки. Пора и осеннюю обрезку делать - к зиме готовить. И… о, чудо! Крупные жёлтые ягоды малины так и просились в руки:
- Угощайся хозяйка!
Полина попробовала одну ягодку. Очень вкусно. Сама себе не поверила ‑ 18 октября на дворе и на тебе малина! Вот это золотая осень! Королевские подарки и сюрпризы на каждом шагу. А сын настойчиво звал её в дом. Он осуществил, как сейчас говорят, свой проект. Задумал в короткий срок сделать удобства в доме матери. Благо возможности для этого были. Нашёл хороших мастеров - и закипела работа. Отгородили часть холодного коридора, утеплили полы, стены, и, конечно же, выполнили соответствующие отделочные работы.
Полина остановилась у ступенек крылечка и глазам не поверила: всё покрашено светло-коричневой краской. Закрыла глаза, потом открыла - нет, ничего не пропадает. Её ли это крылечко? А сын ведёт дальше.
- Вот, мама, и сбылась твоя мечта. Принимай работу. Ванная комната была светлой и уютной. Стены обиты деревянной вагонкой, покрытой бесцветным лаком. На стене красовался новенький водонагреватель. В тумбочке установлена керамическая раковина для умывания. Красивый полированный шкаф с зеркалом и подсветкой приятно ласкал глаза. А вот и белая ванна, передняя стенка которой была закрыта экраном с ручками. А подойдя к окну, Полина замерла от восторга. Жалюзи! Вожделенные жалюзи, состоящие из вертикальных тканевых ламелей приятного кремового цвета. Женщина подошла с левой стороны, начала перебирать шнур, и ламели, подчиняясь её умелым рукам, начали раздвигаться в обе стороны, впуская в комнату лучи яркого осеннего солнца. А перебирая верёвочку с бусинками, Полина поставила ламели под углом. Просто чудо! Как удобно и красиво!
- Мам, ты откуда всё знаешь? Жалюзи? Ламели?
- Ох, сынок, не в лесу живу. У соседки первый раз увидела. Поразили они меня тогда. И слово-то какое красивое: ла-ме-ли…
Василий подошёл к матери, обнял её за плечи:
- А я-то думал удивлю тебя.
- А ты это сделал, да ещё так тонко! Вот где были твои командировки, сынок. Спасибо тебе, Василёк…
И от этого детского имени сын засмущался и расслабился.
Полина захлопотала у стола. И вот уже заварен чай, поставлены вазочки с конфетами и печеньем, тарелки с сыром, колбасой.
- Мам, ты соседок-то пригласи.
- Непременно, завтра напеку пирогов и плюшек… И устрою приём. Пусть полюбуются на мои ламели… Да, Вася, керама-марацци - хорошая плитка для стен в ванной - современная, модная. Но я очень довольна, что ты сделал под дерево…
Василий улыбнулся и порадовался осведомлённости матери. А вертикальные ламели невольно стали для Василия символом понимания и откровенности.


Из поэтической тетради

Осенний росток

Проклюнулся осенью 
скромный росток,
Взглянул – как же пасмурно 
в мире!
Ошибся, проснулся  
в неправильный  срок,
А сроков у жизни – четыре.
Весною  он должен явиться 
на свет,
Но осень опять задержалась.
Не выпал обещанный временем 
снег,
И это на сроке сказалось.
Морозом дохнуло, и ужас объял.
Тут дождь ледяной на подмогу.
Но смелый росток  и тогда устоял, 
Растёт и растёт понемногу…
И выпал снежок, 
и растаял опять…
Держись! - говорю я росточку.
…С таким вот упорством 
и надо стоять
Под бурями жизни, до точки.
 

Что  зимам остаётся?

Пора, наверно, привыкать
К природным катаклизмам.
Но, всё же, где снежинок рать?
Невеселы капризы
Новейшей матушки-зимы,
Вот дождь опять смеётся…
...Историю меняем мы…
Что  зимам остаётся?
 

Тень сомненья

И появилась тень сомненья…
Лишь только маленькая тень…
И что тут скажешь? – невезенье,
Один несправедливый день.
Несправедливый? Так бывает?
Бывает, что  с него возьмёшь.
Но тень сомнения  не тает,
В душе не исчезает дрожь.
Посеял  зёрна  друг неправый,
Уже и всходы поднялись.
...Найти бы  крепкую управу
На злые языки. И жизнь…
 

Мир  затопила снежная  река

Мир  затопила снежная  река.
О, как приятна зимняя прохлада!
Как в летний зной  вода из родника,
Как  радужные  струи водопада.
А снег не замедлял счастливый бег,
Росли сугробы на глазах прохожих,
Не знаю, из каких небесных рек
Поток чудесный, названный  порошей.
И радость светлая на сердце у меня,
Да и у всех от круговерти снежной.
И тропку ровную в снегах слагаю  я.
...Я стала ученицею прилежной.
 
О. АЛЕКСАНДРОВА
 
Автор: 
Римма Самородова
Читайте также:
Наверх