Сегодня

Воскресенье, 19 августа 2018
vkontakte twitter facebook ok

Чистейшей прелести чистейший образец

Номер газеты: 
23
Дата публикации: 
06.06.2012
    Пушкин входит в наш мир с детства и уже не покидает его никогда. Пушкин – это бескрайний мир. Мир поэзии, удивительной любви и трагедии человеческого сердца. Судьба распорядилась так, что Пушкин встретился с Натальей Гончаровой, полюбил ее всем сердцем, а потом… погиб на дуэли.
   Сколько бы ни стремились вывести гибель Пушкина за рамки семейных отношений, никуда от них не уйдешь. Была «московская барышня» с провинциальной застенчивостью, была женщина с отзывчивой душой и верная жена. Но была и молнией вспыхнувшая влюбленность в «белокурого остроумного котильонного принца» (определение Анны Ахматовой) и ревность Пушкина. И подлость Геккернов. И дуэль на Черной речке. И гибель поэта.
   В пору пребывания в Москве, в декабре 1828 года, поэт увидел на балу шестнадцатилетнюю Натали Гончарову, которая сразу же произвела на него неизгладимое впечатление.
   «Когда я увидел ее в первый раз, - писал он позднее, - красоту ее едва начинали замечать в свете. Я полюбил ее. Голова у меня закружилась…» И действительно, чувство к ней Пушкина не было просто еще одним очередным увлечением. Близкий знакомый Гончаровых, Федор Толстой, ввел поэта, по его просьбе, в их дом. Март и апрель прошли в сомнениях, колебаниях, нерешительности. Наконец, 1 мая Толстой от имени поэта обратился к Н.И. Гончаровой с просьбой руки ее дочери.
   Ответ был уклончив. Пушкину не отказали, но, видимо, ссылаясь на молодость Натали, предлагали повременить с окончательным решением. В тот же день поэт написал Н.И. Гончаровой восторженно-благодарное за оставляемую ему надежду письмо, одновременно сообщая, что немедленно уезжает из Москвы, увозя «в глубинах своей души… образ небесного существа»…
   Когда после почти пятимесячного отсутствия Пушкин, возвращаясь из своего «путешествия в Арзрум», снова оказался в Москве, красота Натали не только была замечена, но и стала предметом внимания, поклонения и восхищения.
   Натали была моложе поэта на тринадцать лет и завоевываемое счастье давалось ему нелегко. Наконец, все препоны были преодолены. И в 1830 году, после обручения, Пушкин слагает в сонетной форме посвященное невесте стихотворение «Мадонна». Оно полностью выдержано в тонах серьезности и благоговейного поклонения:
   Исполнились мои желанья. 
                                        Творец
   Тебя мне ниспослал, тебя,
                            моя Мадонна,
   Чистейшей прелести 
                  чистейший образец.
   После женитьбы Пушкин писал: «Жёнка моя прелесть не по одной наружности». Слова эти прямо перекликаются с тем, что года два с половиной спустя он так ласково написал самой своей «женке»: «Гляделась ли ты в зеркало, и уверилась ли ты, что с твоим лицом ничего сравнить нельзя на свете – а душу твою люблю я еще более твоего лица». Слова эти раскрывают, какое содержание вкладывал Пушкин в слово «прелесть», столь часто,  в качестве своего рода постоянного эпитета, передававшего его отношения к Наталье Николаевне Гончаровой.
   Четыре месяца, проведенные Пушкиным в Царском Селе, были едва ли не самыми счастливыми, самыми безоблачными в жизни поэта. Самым главным было то, что он ввел в свой дом, сделал своей постоянной спутницей – олицетворенную, ни с кем и ни с чем для него не сравнимую Красоту – свой эстетический идеал, которая была прекрасна не только своей наружностью.
   Это сказалось и на том, что создавал в это время поэт. Бьющей через край жизнерадостностью дышит самая ясная и солнечная из всех пушкинских сказок «Сказка о царе Салтане». И в то же время пишется поэтом письмо Онегина к Татьяне.
   В первые годы семейной жизни счастье Пушкина ничем не было омрачено. Наоборот, в мае 1832 года родился первый ребенок – дочь Мария, а в 1833 году – сынок Александр. Позднее родились еще двое детей – сын и дочь.
  Наряду с блистающей при дворе и в свете женой Пушкина, в великосветских салонах заблистал молодой красавец француз Дантес, привезенный в Петербург голландским послом Геккерном.
   У Пушкина не было оснований опасаться за нравственность своей жены, он верил ей беспредельно. Обзаводясь семьей, Пушкин не скрывался от жизни, махнув рукой на общественные цели. Ему казалось, что он нашел путь – превратить свой дом в цитадель личной независимости и человеческого достоинства, обосновать духовную крепость культуры – Дом. И тут вдруг под угрозой оказался сам этот мир, который был основой жизни и творчества. Пушкин получил победу, защитив честь своей жены, опозорив Дантеса и Геккерна, которые вынуждены были – всеми презираемые – покинуть Россию. А миг высокой свободы дала ему смерть.
   Он ушел не жертвой (так считал Лермонтов), - победителем. Соллогуб был прав, утверждая, что «он в лице Дантеса искал расправы со всем светским обществом». Вместо легкого водевиля, в котором намеревались участвовать интриганы, Пушкин вытащил их на сцену трагедии, где сразу же обнаружилось, кто есть кто.
   Настала пора закрыть затянувшееся почти на полтора столетия обвинительное «дело» против жены поэта.
   Да, она была молода, прекрасна и бесконечно радовала Пушкина своей молодостью и красотой. Да, как он и хотел, она блистала в той сфере, где была к этому призвана. Она очень любила балы, наряды, любила кокетничать со своими бесчисленными поклонниками.
   Глубоко потрясенная смертью мужа, она сама горько каялась в этом. Но – мать четырех детей поэта – она давала ему то высокое и вместе с тем простое, доброе, человеческое счастье, в котором он так нуждался. Один раз за всю их семейную жизнь увлеклась было и она, но и в этом увлечении явила себя «милым идеалом», его Татьяной.
   Перед смертью Пушкин думал о жене: «Носи по мне траур два года. Постарайся, чтобы забыли про тебя. Потом опять выходи замуж, но не за пустозвона».
   Семь лет спустя после смерти Пушкина она вышла замуж за генерала Ланского.
   А в истории трагической гибели Пушкина она была не виновницей, а жертвой тех дьявольских махинаций, тех адских козней и адских пут, которыми был опутан и сам поэт. О ней, о ее будущей судьбе были последние заботы умирающего Пушкина.
   И никто не должен, не смеет не только бросить, но и поднять на нее камень…
Автор: 
Римма Самородова
Рубрика: 

Оставляя комментарий, Вы соглашаетесь с политикой конфиденциальности на сайте.

Добавить комментарий

Наверх